Профсоюз работников аудиторских, оценочных, экспертных и консалтинговых организаций

23.09.2020 г.
О Профсоюзе
Главная
Поиск
Устав Профсоюза
Вступить в Профсоюз
Новости Профсоюза
Памятные даты
Работа Профсоюза
Информационная справка
Исследования, аналитика
Правовая информация
Конвенция МОТ №98
ФЗ №10 о профсоюзах
Комментарии к ФЗ №10
Создаем профсоюз
Новости законодательства
Комментарии юриста
Правовая инспекция труда
В помощь оценщику
Документы Профсоюза
Договоры, соглашения
Приказы, постановления
Символика
Антикоррупционная экспертиза
Награждения
Центральный комитет
Исполнительный комитет
Общие документы
Социальное партнерство
Отраслевые соглашения
Отраслевая комиссия
Контакты
Контакты и координаты
Общественная приемная

страница: Главная arrow Новости Профсоюза arrow Интервью Председателя Всероссийского профсоюза корреспонденту журнала Московские торги

Интервью Председателя Всероссийского профсоюза корреспонденту журнала Московские торги

Печать

Скупой платит миллиарды

Почему в оценочной деятельности нужны высокие расценки, а в госзакупках - долгосрочное планирование

На вопросы нашего обозревателя отвечает Владимир Пискурев, председатель Всероссийского профсоюза работников аудиторских, оценочных, экспертных и консалтинговых организаций.

Четыре сбоку, ваших нет

- Владимир Владимирович, в последнее время вы неоднократно высказывались о том, что необходимо решать проблему более долгосрочного планирования госзакупок. Почему это актуально для специалистов по оценке имущества?

- Действительно, данная проблема интересует меня прежде всего в том сегменте экономики, в котором я работаю. То есть в сфере оценочной деятельности. Планирование госзаказа для специалистов-оценщиков довольно актуальная проблема.

Но давайте обо всем по порядку. Наверное, есть смысл пояснить читателям, что оценка активов - это обязательная и необходимая процедура, которая проводится в предусмотренных законом случаях, в том числе при приватизации государственного имущества, вовлечении его в хозяйственный оборот и в целях нотариальных действий.
Что происходит у нас на сегодняшний день с госзакупками в этой сфере? Государственный орган объявляет торги по отбору оценочной компании, которая будет заниматься определением стоимости объекта. В целях оценки, допустим, крупного предприятия, либо государственной доли в нем. В 94-ФЗ сегодня записано, что наиболее важным критерием при выборе исполнителя работ является предложенная им цена. На практике из этого получается вот что. Нормальная оценочная компания с хорошим именем называет свою сумму, достаточно высокую. Но заинтересованная сторона, это так называемые потенциальные покупатели, выдвигает другую оценочную компанию, которая создана ровно неделю назад, та предлагает цену в десять раз ниже или даже в сто раз - и выигрывает конкурс. Конечно, «сбоку» ей проплачиваются вознаграждения. Заинтересованная сторона платит оценщикам «под столом» и говорит, выигрывай за любые деньги, за любые. Потому что ты не пожалеешь, мы хорошо заплатим. Оценщику заносятся деньги в чемоданах, он оценивает объект как надо покупателю. А потом выигрывает конкурс за три копейки. Все вроде бы по закону. Государство якобы даже сэкономило деньги.
Есть случаи, когда некая фирма выигрывает конкурс на оценку, допустим, крупной нефтяной компании за один рубль. Формально все по правилам. Соблюден 94-ФЗ. Все довольны. Проверяющие органы приходят, смотря, да, все нормально, нарушений нет.

- Подобные вещи происходят не только при закупках услуг оценщиков. Вот, правда, суммы обычно не такие смешные.

- Вы понимаете, обычно этот парадокс нельзя потрогать руками, он чаще всего неочевиден, а тут потрогать очень даже можно. Вот, допустим, недавно одна фирма выиграла большой конкурс в Удмуртии, буквально месяц назад, пообещав выполнить работы за «0 дней».

- Потрясающе.

- Нормально, да? О чем это говорит? Это говорит о том, что оценка там уже произведена, скорее всего, за данную работу заплачен не один миллион рублей. Потому что просто нельзя сделать ее дешевле. Я вам прямо скажу, когда оцениваются большие предприятия, крупные госпакеты акций, расходы на оценку могут составить сотни миллионов рублей. Но тендер выигрывается за копейки, да еще, оказывается, все работы можно выполнить за ноль рабочих дней.

- Что, и ФАС ничего не может установить?

- После нашего вмешательства, после жалоб, ФАС, конечно, среагировал на это дело. Но он среагировал только на позицию «ноль дней». Если бы там было написано «один день», все прошло бы гладко.

- То есть ребята слишком увлеклись.

- Погорячились, да.

- И чем закончилась история?

- Управление ФАС по Удмуртии вынесло соответствующее предписание. Но это, повторяю, произошло потому, что мы заметили такие удивительные условия и подали жалобу. А представляете, сколько конкурсов мы не замечаем? Особенно тех, которые проводятся на уровне муниципалитетов?

Если качество - не критерий

- Но почему все же «вылезают» такие смешные суммы? Если бы эти ребята вели себя более осторожно и умно, то, реализуя такие схемы, они назначали бы цену несколько ниже, ну, процентов на 30, чем та, на которую согласен настоящий, солидный оценщик.

- Это невозможно по системе. Допустим, идут электронные торги. Подаются заявки. Мы с вами подали заявку на 10 миллионов, ниже спускаться не готовы. Но другие участники, особенно небольшие фирмы из регионов, подают и на один миллион, и на сто тысяч. И вот та оценочная компания, которая уже все получила и обязательно должна выиграть конкурс - она ведь не может рисковать. Вдруг она подаст на десять тысяч рублей, а кто-то на девять и сломает всю игру? Или даже конкурент подаст на пять тысяч? На одну? Лучше не рисковать. Она спускается на рубль - и выигрывает. Все. Дело в том, что нижний порог цены никак не ограничен.
В такой ситуации невозможно конкурировать, потому что критерием являются только цена. Теперь самый главный вопрос: можно ли во всех случаях устанавливать критерий цены в качестве главного? Допустим, когда речь идет о питании для детских садиков. Получается, что мы должны как можно дешевле накормить наших детей. В ущерб качеству.

- В таких случаях надо строго задавать критерии качества. Соответствия ГОСТам и так далее.

- Тогда еще один пример. Пожар. Горит уже, и я должен нанять, ну благо, сейчас уже забили в закон все эти вещи, а раньше вообще до абсурда доходило - я должен нанять пожарную организацию, которая как можно дешевле потушит мне пожар. А он полыхает уже, понимаете, вовсю. Он горит, и я должен проводить конкурс. Вы же помните, горели леса в Сибири и местные власти не могли использовать самолеты, потому что конкурс выиграла компания, у которой на балансе имелся багор, одно ведро и один огнетушитель.

- Да, припоминаю. Было такое.

- Это же абсурд. Так вот, возвращаясь к оценке. Там ситуация катастрофическая. Сейчас государство переходит на новую систему налогообложения. Уже в следующем году мы все начнем платить налоги на недвижимость с рыночной стоимости объекта. Определять ее будут независимые оценщики. Но если они заинтересованы выигрывать государственный конкурс подешевле, значит, так будут и работать. Т.е. государство может терять миллионы, а может быть даже миллиарды, на том, что конкурсы выигрывают дешевые оценщики.
Положение можно исправить с помощью закона о ФКС, соответствующие поправки удалось заложить в проект, но не знаю, как это будет работать. Мы входили в эти рабочие группы, пытались, вроде вписали нужные моменты в закон, надеемся, все это останется. Отбор должен происходить, в первую очередь, не по цене, а по качеству и по квалификации персонала. А пока у нас в оценочной деятельности смотрите, что происходит. Допустим, мы с вами срочно оцениваем огромную коллекцию Третьяковской галереи в целях ее страхования и проведения выставки в Лондоне. Набираем специалистов, чтобы они оценили эту коллекцию. Но у нас, в Российской Федерации, сегодня официально нет оценщиков культурных ценностей. Ни одного человека! Ни одного просто нет.

В границах правового поля

- Наверное, Третьяковка это все-таки пример не типичный, уникальный.

- Да возьмите любой другой случай. Он тоже будет уникальным. Допустим, мы с вами оцениваем государственную автобазу в целях продажи. Там сотни разных автомобилей в разном состоянии. Опять же, у нас нет специалистов по оценке автотранспортных средств. Почему? Потому что в России все дипломы оценщиков имеют одну квалификацию: «оценщик предприятия бизнеса». Все 100 процентов.

- То есть нет никакой специализации?

- Нет. А вот, допустим, в Украине есть: оценщик транспорта, оценщик недвижимости, оценщик бизнеса, оценщик культурных ценностей и антиквариата.

- У нас все универсалы, получается?

- Это действительно вызывает смех. Вот как-то мы сталкивались с оценкой крупного пароходства. Приехали американские оценщики. Акционеры наняли американскую сторону и наших. Американцы приехали с приборами специальными, с дипломами специалистов-кораблестроителей. Наши тоже приехали с дипломами, первый диплом, начальное образование - врач-ветеринар, профессиональное образование - оценщик предприятий бизнеса.

Но это несколько иной круг вопросов. Возвращаясь к главному, к проблеме занижения цены и качества: мы долго искали, каким образом зафиксировать цены, чтобы оценщики выполняли работы по конкретным ставкам. Долго искали механизм, с помощью которого можно было бы, оставаясь в границах правового поля зафиксировать цены, чтобы не нарушать антимонопольное законодательство. Такая форма была найдена. Эта форма называется социальное партнерство в рамках трудового законодательства. Мы подписали документы, и они уже вступили в силу. С 1 января нынешнего года в РФ действует Отраслевое соглашение в оценочной деятельности на 2012-2014 годы. Это первый прецедент в России. Мы зафиксировали стоимость вознаграждения оценщика за конкретный вид работы и зафиксировали норму времени, в течение которого должна быть сделана эта работа. То есть этот документ стал правовым актом, согласно 45 ст. Трудового Кодекса. Это первый прецедент, который мы создали в РФ. Такого нет ни у кого вообще.

- Не только среди оценщиков, но и вообще по всем специальностям.

- Да, по всем специальностям, такого нет вообще нигде и ни у кого в России.

- Ну, я вот, например, знаю, что в США даже для школьных учителей в каждом штате установлена минимальная зарплата, причем, на вполне приличном уровне. Если директор или владелец школы не может столько платить, ему запрещается открывать учебное заведение.

- Да, и в Германии такой же подход. Там даже квартиру нельзя сдать ниже определенной стоимости. Если она сдается дешевле, это будет воспринято так, что хозяин пытается обмануть государство, уходит от налогов и так далее. Вот положено трешку сдавать в Берлине за такую-то сумму, значит, она за эти деньги и будет сдана.

- Давайте теперь вернемся к планированию госзакупок. Каким образом оно должно помочь оценщикам?

- На сегодняшний день, когда государство объявляет конкурс по оценке предприятия или крупного госпакета акций, в самой ситуации заранее заложена мина замедленного действия. Поскольку в законе прописано, что цена должна быть как можно ниже, значит, государство не может заложить в бюджет нормальную стоимость услуги, потому что в прошлый раз аналогичный конкурс был выигран за три копейки. И формально это хорошо, потому что экономятся бюджетные деньги. Мы провели огромное количество встреч с руководителями различных администраций, и открытым текстом чиновники говорят - мы не можем спланировать оценочные работы. По одной причине - не знаем, за какую сумму оценщик готов будет ее выполнять.

Немного о схемах

- Вообще, в вашей профессии много интересного.

- Вы правы, бывают истории очень занятные. Вот, например, в Калининградской области один местный руководитель довольно крупного уровня мне жалуется: мы не знаем, что делать, может вы поможете наведите порядок, а то сил больше нет. Спрашиваю, что случилось? Товарищ рассказывает: объявляем конкурс. Выигрывает фирма из Санкт-Петербурга. Предмет - оценка стоимости платежей за сдачу в аренду государственного имущества. То есть оценщика нанимают для того, чтобы он определил государственную стоимость арендной платы в городе. Человек выигрывает конкурс за смешные деньги, буквально за 1000 рублей. Потом идет по всем арендаторам в городе и у каждого спрашивает: хочешь, я тебе подешевле оценю? И ты будешь платить меньше? Хочу. Хорошо, договорились, но 50 процентов от разницы мне, пожалуйста, заноси...

И мы, говорит чиновник, прекрасно понимаем, что это безобразие. Но не можем поймать этого оценщика, потому что он уже все, победил на конкурсе.

Или еще одна схема. Сейчас некоторые «специалисты» получают деньги не за то, что выполнят работу по оценке госимущества, а за то, что они ее не сделают. Происходить это стало после того, как государство утвердило список предприятий, которые попадают под новую волну приватизацию - это различные МУПы и ФГУПы. И вот Росимущество либо другие федеральные уполномоченные органы назначают конкурс по подбору специалистов для проведения оценки этих предприятий. В маленькой оценочной фирме раздается звонок: добрый день, давайте встретимся. Давайте, а вы кто? Я директор крупного ФГУПа. Очень приятно, что вы хотите? Мы предлагаем вам выиграть конкурс в Росимуществе по отбору оценщиков. Директор фирмы говорит: что вы, у меня очень маленькая фирма, я живу в городе N-ске, мой предельный уровень - муниципальный район. Ему отвечают: не волнуйтесь, только подайте заявку, а дальше обязательно выиграете, потому что вы должны объявить самую низкую цену.

Оценщик опять: вы поймите, у меня нет персонала, я очень маленькая фирма. А ему директор говорит: оценивать ничего будет не надо. Как не надо?! Он говорит: я тебе буду платить деньги, чтобы ты ничего не оценивал. Как это понять? А понять очень просто - я крупный ФГУП, у меня огромные, миллиардные обороты. Формально хозяин - государство, но на самом деле я удельный князь, что хочу, то и делаю. Как только придет новый собственник, меня сразу выгонят и сделают нормальное управление. Я заинтересован, чтобы все оставалось как есть. Вот как сейчас: я сижу на своей грядке и стригу купоны. Поэтому сделаю все, чтобы я еще продержался годика два, а может и три. А что делать? А ты не оценивай меня. А как же я тебя не буду оценивать? Я ж подпишу контракт. Ты подпишешь контракт, потом не будешь его выполнять, тебе выпишут штрафные санкции, потом просто выгонят из конкурса. Но за это я заплачу тебе большие деньги. А конкурс ты выиграешь за одну копейку.

Директор маленькой фирмы приходит на конкурс, называет самую маленькую цену на конкурсе. Выигрывает конкурс. Приходит к руководителю ФГУП, говорит: давайте мне документы на оценку. Тот документы не дает. Включает дурака, тянет, болеет. Оценщик пишет раз в квартал в Росимущество - мол, пока не приступили, пока нет документов, пока не предоставили. В общем, тоже включает дурака. В конце концов, год заканчивается. На следующий год утверждают новый план приватизации. И это доходит до абсурда. Каждый день.

Либо вариант второй. Оценщик делает работу. Делает очень ее плохо. Она попадает в Росимущество. Росимущество смотрит и говорит: слушай, так она не отвечает требованиям законодательства, оценка плохая, иди, переделывай. Он, бедный, расстраивается, идет опять ее переделывает, якобы. Опять находят у него ошибки, и это продолжается до бесконечности.

- Ну, понятно. А у директора ФГУП продолжается праздник жизни.

- А там праздник жизни, и государственные миллиарды по-прежнему идут налево. И только по одной причине: конкурс выиграл никакой оценщик и зовут его никак. Но этому парню каждый день заносятся чемоданы с деньгами, и говорят: «молодец, ничего не делай, либо делай плохо». И он делает плохо. И снова выигрывает конкурсы. Потом входит во вкус и думает: «елки-палки, да я же могу индустрию сделать на том, что ничего не делать».

Простой порядок действий

- Вы считаете, что отраслевое соглашение и долгосрочное планирование госзакупок помогут поломать такие схемы?

- Конечно. Порядок действий должен быть очень простой. Первое - везде правительство должно своим нормативным правовым актом внести порядок отбора оценщиков на основании отраслевого соглашения. Мы там зафиксировали стоимость услуг, т.е. стоимость нормо-часа, и время, за которое эта работа должна делаться. Так, как это является правовым актом, теперь оценщик не сможет ее делать за 0 дней. Если написано, что предприятие оценивается, допустим, за 160 часов, значит, оно должно за это время и оцениваться. Все, что ниже - это уже является нарушением трудового законодательства, нарушением всех норм. В соответствии с Трудовым кодексом РФ, Роструд зарегистрировал наше отраслевое соглашение. Оно опубликовано в «Российской газете». То есть мы показали государству и всем, что можно бороться с этим злом, можно ловить проходимцев, которые выигрывают за 0 рублей 0 копеек. Но теперь самое главное - нужно сделать так, чтобы чиновники начали выполнять отраслевое соглашение. Потому что оно на них тоже распространяется.

- Существует ли механизм наказания чиновников, не выполняющих отраслевое соглашение?

- Значит, смотрите. Первая ответственность, которую сейчас пытаются прописать в кодексе, есть подписанный Указ Президента РФ №601 от 7 мая 2012 года. В этом указе президент пытается ввести порядок наказания оценщикам, чиновникам и деквалификации их.

- Что значит «президент пытается», Владимир Владимирович?

- Это значит, что нельзя просто приказом ввести ответственность, нужен какой-то правовой акт. Мы же в правовом государстве живем, правильно? Значит, нужно принять какой-то документ. Либо закон, либо постановление, либо внести изменения и в уголовный и в административный кодекс. Поэтому президент дал поручение, в первый же день своей инаугурации подписал соответствующий указ. Мы думаем, что-то должно получиться.

- И теперь, планируя закупки на год или на три года, как это закон ФКС предписывает, чиновники уже будут иметь в виду, что оценщик - это работа достаточно капиталоемкая и станут закладывать расходы на это дело.

-Конечно. Будут закладывать расходы и понимать, что они должны учитывать отраслевое соглашение. С учетом того, что это правовой акт федерального уровня, согласно 45 статье Трудового Кодекса. Теперь чиновник понимает, сколько стоит эта работа. И он приходит, он знает, что обман идет. Все чиновники знают прекрасно. Но сделать они ничего не могут. По одной причине - им нужен правовой документ, чтобы прикрыть это место себе. Чтобы его прикрыть, они знают, что в 94-ФЗ я прихожу... И вот смотрите, до сегодняшнего дня было, пока не было отраслевого соглашения, что было. Я встречаюсь с чиновником, спрашиваю, откуда вы взяли начальную цену контракта на оценку вот этого предприятия, допустим, 100 тысяч рублей. Почему сто, а не сто двадцать тысяч и не триста? А мы смотрели по аналогам, отвечает чиновник. А какие аналоги то? Вы поймите, все предприятия разные. У всех ситуация разная. Ну, знаете, мы смотрели аналогичные конкурсы. Вот и все. У других регионов, сложившуюся практику. Я говорю, практика порочная, оценщик до недавнего времени всегда работал на понижение цены. Какая это практика? Ау нас нет никакого нормативного правового акта по этому поводу, - отвечают чиновники. И они правы! У них никакого нет документа.

Второй момент - кто может установить эти нормы времени и нормы оплаты? Государство? Нет. Оценщик независим от государства. И он сам тоже не имеет права установить себе норму времени и норму оплаты. Значит, кто это должен сделать? Открываем трудовой кодекс и читаем: норму времени может установить работодатель по согласованию с профсоюзом. Каким способом? Способом подписания соответствующего соглашения. Так мы и поступили.

- То есть, теперь есть правовая база, и можно двигаться дальше.

- Да. Теперь чиновникам нужно к этому привыкнуть. Ну, вот в ярком примере Удмуртского ФАС, решение вы нашли, которое я вам показал, там записано, там почитаете документ, и там написано, что оценщик целенаправленно указал стоимость 0 часов за работу, тем самым на федеральном уровне утверждено отраслевое соглашение, он им не руководствуется, а оно на него распространяется. Это единственный момент, который позволили зафиксировать. Не все отрасли экономики могут фиксировать цены. Многие отрасли экономики независимы от государства. Просто независимы. Но оценочная деятельность, она независима в 10 000 раз. Как судьи независимы, так и оценщики независимы. У нас всего три структуры, которые независимы от государства, это - нотариусы, это - судья, это - оценщик. Если оценщик будет зависимый, значит, что это уже не оценщик, это - просто непонятно кто такой.

Корреспондент журнала «Московские торги»
Виктор ШАЦКИХ

 
« Пред.   След. »